Если зал не смеётся, продолжайте играть сцену для партнёра: не ускоряйтесь, не вставляйте шутки ради смеха и не оправдывайтесь, потому что зал может молчать и при этом следить за каждым словом. Опирайтесь на партнёра и историю - они держат сцену и тогда, когда смеха нет.
Привет, я Любомир Даинов. Двадцать лет в импровизации: сначала Чикаго, Second City, потом дом, Россия. Чикаго дал мне ремесло, Россия напомнила, зачем оно нужно.
Годами я играл с одним ухом в зале. Партнёр говорит, а я слушаю тишину за рампой: смеются? Нет. Почему?
Представьте вторую минуту сцены. Вы с партнёром - соседи по даче, сорок лет спорите из-за забора. Сцена идёт, а в зале тихо, ни смешка. Внутри поднимается: всё, провал. Рука сама тянется за шуткой:
- Зато мой забор хотя бы не из ваших старых лыж!
Пара человек хмыкнула. Партнёр растерялся: он строил ссору двух стариков, которым давно не о чем говорить, кроме забора, а вы ушли в репризу. Сцена стала смешнее на секунду и мертвее до самого конца.
Знакомая секунда? Я разбираю ремесло импровизации: сцены, ошибки и то, через что прошёл сам. Новые разборы выходят в блоге «Мир Импро» почти каждый день - заглядывайте, чтобы следующий не прошёл мимо вас.
Что делать, если зал не смеётся прямо во время сцены?
Сначала ответ, который даст любой опытный импровизатор: пять ходов.
Взгляд на партнёра
Глаза, которые ушли в зал, партнёр замечает сразу и остаётся один. Посмотрите на него и спросите себя: каково ему сейчас?
Темп на полшага медленнее
От страха речь ускоряется, паузы исчезают. Дайте реплике партнёра прозвучать до конца и только потом отвечайте.
Отношения вместо шутки
Спросите себя, кто вам этот человек и чего вы от него хотите. Ответ двигает сцену, шутка про лыжи - нет.
Ни слова о самой сцене
Реплика в духе «что-то у нас сегодня не идёт» выводит из сцены и вас, и зрителя. Вы перестаёте быть героем и становитесь артистом, который извиняется.
Сцена до конца
Не обрывайте сцену раньше времени из-за тишины в зале. Авторы Truth in Comedy советуют таким исполнителям терпение: по их опыту, смех в такой сцене рождается из связей между её событиями.
Чего эти ходы не делают: они не включают смех по щелчку. Если сцена действительно стоит, и герои пятую минуту топчутся на месте, спасёт её ход к партнёру - признание, решение, поступок. Шутка её не спасёт.
Остаётся вопрос, который мучает больше всего: почему зал не смеётся, когда, кажется, всё идёт хорошо?
Почему зал молчит, даже когда сцена хорошая?
Смех как сигнал компании
Роберт Провайн с тремя студентами записал 1200 случаев, когда люди смеялись в обычной жизни, от студенческого центра до городских тротуаров. Фразы перед смехом часто были совсем не остроумными, и Провайн сделал вывод: главный повод для смеха - другой человек, а не шутка. В другой его работе студенты вели дневники смеха: в компании они смеялись в 30 раз чаще, чем в одиночку, если не считать телевизор, радио и книги.
Представьте восемь зрителей. В тесной комнате им легко смеяться вместе, а рассаженные по залу на сто мест, они почти не слышат друг друга. Сцена одна и та же, смеха меньше. Провайн залов не измерял, это вывод по аналогии: замеров для импровизации я не нашёл.
История без смеха
Кит Джонстон, британо-канадский режиссёр и один из отцов современной импровизации, сказал об этом прямо.
Смех обманывает. Порой смеются только пьяные, подростки и другие импровизаторы, а основная часть зала сидит со скрещёнными руками.
В той же главе Джонстон предлагает строить на историях свой формат Theatresports (команды играют сцены, судьи ставят баллы): истории держат интерес и без смеха. И спрашивает собеседника: разве вы не хотите, чтобы зрители плакали, замирали от ужаса, сочувствовали? Так не выйдет, отвечает он, если смех - мера всех вещей.
Оговорюсь: молчание бывает и скукой. Различать одно и другое можно научиться, но сначала стоит понять, почему тишина так пугает.
Откуда берётся страх «не будет смешно»?
Виола Сполин, американский педагог театра и автор театральных игр, писала, что нас с рождения делят на хороших и плохих: хороший младенец не слишком много плачет. Мы так запутываемся в одобрении и неодобрении, что творчески цепенеем. Когда ублажать некого, пишет она, игрок направляет всю энергию прямо на задачу. В глоссарии своей книги Сполин дала страху сцены точное определение.
Страх сцены: боязнь неодобрения или безразличия; разделение зрителей и актёров, когда зритель становится наблюдателем или судьёй; страх оказаться выставленным напоказ. Когда зритель - часть игры, страх сцены уходит.
Меня в этом определении цепляет слово безразличие. Тишину в зале мы принимаем именно за него: сидят, молчат, значит, им всё равно.
У нас к этому страху добавилась своя история. Александр Микеров в материале «АиФ Петербург» (2017) сказал прямо: «Особенность наших школ и актёров - стремление юморить. Причина тому - КВН...» Отчаянно шутить, по его словам, бесполезно: в импровизации шутки не прописываются, они рождаются на столкновении и парадоксе.
В КВН и стендапе смех действительно мерило: шутку пишут заранее и проверяют на залах. В импровизации шутку некуда положить заранее, поэтому и мерить сцену одним смехом нельзя. КВН здесь не враг: чувство смешного пригодится и на импровизации, мешает только привычка мерить им каждую сцену. Как устроен сам жанр и чем он отличается от соседей, я разбирал в статье что такое театральная импровизация.
Играть для партнёра учатся только на сцене, среди своих: книги дают карту, шаги делаются на площадке. Если в вашем городе нет импров-студии, у «Мир Импро» есть онлайн-школа: занятия с тренером онлайн, где учатся отвечать без паузы, держать нить, когда сбили, и не бояться чужих.
Страх подсказывает ещё одну вещь: будто зал видит его насквозь. Психологи проверяли это в опытах.
Правда ли, что зрители видят ваш страх?
Привычку переоценивать, сколько людей вас замечает, психологи называют эффектом прожектора (по-английски spotlight effect, я перевожу как: кажется, что луч света бьёт только в вас). В опыте участник надевал футболку с портретом певца Барри Манилоу - по предварительному опросу, большинство студентов в ней смутились бы, - и на несколько мгновений заходил в комнату, где другие заполняли анкеты. Потом его спросили, сколько людей в комнате смогут назвать, кто изображён на футболке. В среднем участники ответили: 46%. На деле назвать смогли 23%, ровно вдвое меньше.
На сцене это выглядит так: вы уверены, будто зал видел, как вы запнулись на второй реплике. А зал уже ждёт ответа партнёра.
Родственная ошибка называется иллюзией прозрачности (по-английски illusion of transparency, я перевожу как: кажется, что волнение видно сквозь кожу). Вы стоите за кулисами, сердце колотится, и кажется, будто его слышно из зала. Савицки и Гилович записывали на камеру трёхминутные речи студентов. Одной группе перед речью рассказали про иллюзию и добавили: если вы занервничаете, скорее всего, об этом будете знать только вы. Вторую группу просто успокоили, третьей не сказали ничего.
Потом независимые зрители смотрели записи. Тех, кто знал про иллюзию, они оценили спокойнее - 4,65 балла из 7 против 3,90 и 3,94 у остальных, - а их речи лучше. Простые слова поддержки не помогли.
Авторы работы про футболку заметили и знакомую лекторам вещь: человек читает одну и ту же лекцию много раз и сам ощущает то триумф, то провал, а реакция слушателей почти не меняется.
Границы у этих данных есть. Оба опыта ставили на студентах, речах и футболках, импровизаторов там не было, и перенос на сцену остаётся аналогией. И эффект умеренный: знание не отменяло волнение, оно помогало выступать лучше.
Если зритель видит меньше, чем кажется, что же он видит? Поступки, которые вы совершаете от страха.
Как игра на смех ломает сцену?
Гэг (по-английски gag, я перевожу как: шутка-вставка, которая живёт отдельно от сцены) нередко рождается из страха тишины. По моим наблюдениям, жадность до смеха приходит потом, когда гэг сработал и захотелось ещё.
Представьте больничную палату. Дочь пришла к отцу после долгой ссоры, оба молчат, и в этом молчании всё напряжение сцены. Актёр в роли отца не выдерживает:
- Сестричка, а мне второй компот положен?
Смешок в зале. Дочь осталась со своими невысказанными словами, а сцена - без поворота.
Легко обмануться зрителем, потому что он смеётся. Не позволяйте ему продать вам ложь, будто всё, что вы делаете, - ради смеха.
Авторы той же книги добавляют: шутки рождаются от отчаяния, и зал замечает это первым. Виола Сполин видела похожее даже в театре с готовой пьесой: смех зала часто заставляет актёра потерять голову и фокус, и дальше он играет каждый спектакль для себя, чтобы снова получить этот смех.
| Что делаю от страха | Что видит зал | Что делать вместо |
|---|---|---|
| Вставляю шутку, которой нет в сцене | актёр бросил партнёра ради реплики | ответьте на последнюю реплику партнёра |
| Комментирую: «ну у нас и ситуация» | актёр вышел из сцены и извиняется | оставайтесь героем и проживайте ситуацию изнутри |
| Тараторю, заполняю каждую паузу | суету и панику | дайте паузе случиться и дышите |
| Выдумываю пожар, инопланетян, поворот | шум вместо ясности | уточните, кто вы друг другу |
| Гримасничаю для зала | номер для публики, сцена стоит | реагируйте партнёру, ему адресован ваш ответ |
Последняя строка по-английски называется mugging, я перевожу как: строить рожи публике поверх сцены. Партнёр объявляет, будто завтра уезжает навсегда, а вы в ответ закатываете глаза к зрителям. Зал хмыкнул, партнёр остался без ответа. Каждую строку этой таблицы я сыграл сам, и не по разу.
Шутить при этом не запрещено. Шутка героя, которая вырастает из самой сцены, работает - Сполин называла такую шутку ядром сцены. Почему попытка быть смешным убивает живую игру, я подробно разбирал в статье играют без души: почему новые шутки не спасают импровизацию. Здесь я про другое: про секунду, когда в зале тихо и страх толкает под руку.
А если тишина не уходит и звенит?
Почему тишина в зале - не всегда провал?
TJ Ягодовски и Дэйв Паскуэзи - чикагский дуэт, который играет вдвоём без заготовок длинную форму импровизации: шоу идёт около часа. Смех для них не главная цель, и они этого не скрывают.
Мёртвая тишина - прекрасный звук. Никто не ёрзает, вообще ничего - это здорово. Они внимательно слушают.
В том же интервью TJ рассказал о мантре перед шоу: «Решись на скуку». Ничего не давить и не волноваться, что будет несмешно; если скучно, но правдиво, обоих это устраивает.
| Признак | Живая тишина | Холодная тишина |
|---|---|---|
| Тело зрителей | подались вперёд, замерли | откинулись, ёрзают |
| Звуки | ни шороха | кашель, шёпот, скрип кресел |
| Телефоны | убраны | светятся экраны |
| На повороте сцены | смех или общий выдох | ничего не меняется |
А если тишина холодная? Не бегите за шуткой. Холодный зал согревает ясность: кто эти двое, что между ними происходит, чего они хотят друг от друга.
У этого совета есть предел: бывают залы, которые пришли не к вам, например публика в баре. Там ясность не обещает смеха, она просто сохраняет сцену.
На что опереться вместо смеха зала?
Партнёр
Ваш главный датчик стоит рядом с вами. Даже учебник театра Upright Citizens Brigade, школы, которая прямо ставит смешное целью сцены, советует искать игру в партнёре. Игру сцены (по-английски game, у нас говорят гейм; я перевожу как: смешной уговор, который сцена держит всерьёз) вы не придумываете в одиночку - партнёр либо сам даст необычное, либо заметит необычное в вас. Скажем, один сосед по даче каждое утро меряет забор рулеткой, а второй каждую ночь передвигает колышки на сантиметр - вот уговор, который сцена может держать до конца. Как принимать предложения партнёра, я разбирал в статье «Да, и» как навык.
Отношения героев
Кто вы друг другу и чего друг от друга хотите? Соседи, которые сорок лет делят один забор, интересны залу и без единой шутки.
История
Джонстон предлагал строить шоу на историях: история держит интерес и без смеха. Проверочный вопрос внутри сцены простой: что изменилось с её начала?
Зритель как гость
По словам Сполин, актёр, который понимает зрителя как живую часть театра, получает чувство ответственности хозяина перед гостями, и в этом чувстве нет нервного напряжения. Гостя не экзаменуют и не боятся: ему рады и о нём заботятся.
Ещё одна опора - место. Если голова пустая, а зал молчит, займите руки предметами и пространством; как обжить площадку, я писал в разборе как освоиться на сцене.
Граница: партнёр тоже может испугаться тишины и уйти в шутки. Тогда не соревнуйтесь с ним. Примите его шутку как правду героя и верните сцену к отношениям.
Когда смех зала всё-таки важен?
Джонстон признавался: ему хотелось бы, чтобы люди смеялись до отваливающихся бородавок, - но зрители устают. Им нужны любовные и трогательные сцены, чтобы перевести дух. Смех у него дозируется, а вечер держится на историях.
Лучше всего разницу со стендапом видно на тихом зале.
| Стендап | Импровизация | |
|---|---|---|
| Материал | написан и проверен на залах заранее | рождается на сцене |
| Смех | главная мера каждой шутки | один из сигналов, рядом с вниманием и напряжением |
| Тихий зал | повод переписать материал | повод вернуться к партнёру и истории |
| Кто держит сцену | один комик | партнёры и вся команда |
Даже в стендапе, где смех и есть цель, тихий зал - часть работы. Преподаватель стендапа Амбарцум Симонянц говорил «Ножу» (2023): «Если люди не смеются, в первую очередь нужно принять, что такое будет очень часто». Авторы Truth in Comedy добавляют: отдать контроль для стендап-комика может быть катастрофой, а импровизатор обязан доверить себя ансамблю.
Исключение есть: в короткой форме, где ведущий просит у зала подсказки и смешное - прямая цель, смех служит нормальным ориентиром. Пользуйтесь им, но не ценой партнёра. Как раскручивать смешное, когда оно найдено, я разбирал в статье гейм в импровизации.
Умом всё понятно, а рука всё равно тянется к шутке, стоит залу притихнуть. Как её отучить?
Как натренировать игру без оглядки на смех?
Сцены без права на шутку
Договоритесь на репетиции: три сцены подряд никто не шутит намеренно. Засмеялись свои - хорошо, но цель сцены - отношения и поворот.Зрители лучше, чем вы ждали
Перед выходом посмотрите в зал и представьте, что зрители ещё приятнее, чем вы ожидали. Джонстон просил ничего не изображать, только переживать, и доверять: тепло дойдёт до зала само.Проиграть с удовольствием
Сыграйте в перетягивание воображаемого каната и проиграйте ярко и весело. Джонстон описывал, как ученики на таком упражнении понимают: проигрывать бывает не менее весело, чем побеждать, а добродушный провал поднимает всем настроение.Разбор без счётчика смеха
После шоу задайте партнёру два вопроса: что между нами происходило и где сцена повернула. Вопрос «смеялись ли?» отложите.
Как смотреть сцену, чтобы расти, я писал в статье разбор одной сцены.
Волнение после упражнений остаётся, но смотрит уже на партнёра. А если страх возвращается раз за разом?
Что делать, если страх тишины не отпускает?
| Симптом | Причина | Что делать |
|---|---|---|
| В тихом зале играю мельче, чем на репетиции | жду от зала разрешения | делайте выбор для партнёра, его размер не зависит от смеха |
| В холодном зале выдумываю всё более странное | пытаюсь громкостью добыть реакцию | уточните отношения: кто вы друг другу |
| Неделями стыжусь тихого шоу | мерю шоу одним смехом | разберите его по партнёру и повороту сцены |
| Хочу бросить после холодного зала | принимаю один вечер за приговор | сыграйте ещё несколько шоу на разных площадках, потом решайте |
| Угадываю, чего хочет зал, и теряю план | слушаю воображаемые ожидания | вернитесь к тому, чего хочет ваш герой |
| Смеётся один человек, и я играю ему | громкий смех кажется голосом всех | держите сцену для партнёра |
Если страх выступлений мешает и вне сцены - отказываетесь от разговоров, встреч, работы, - это повод поговорить со специалистом. Импровизация - не терапия и психолога не заменяет.
Частые вопросы
Частые вопросы
Что сделать в первую очередь?
- На репетиции сыграйте три сцены без намеренных шуток и после каждой разберите с партнёром контакт и поворот.
- На ближайшем шоу поймайте одну тихую секунду: посмотрите на партнёра и проживите её, не заполняя.
Страх, что зал не смеётся, не пройдёт за одну репетицию. К тихой секунде привыкают сценами: мышца растёт от нагрузки, а не от чтения про спортзал.
Источники
- Keith Johnstone, «Impro for Storytellers» (Routledge, 1999), глава Trouble with Feedback, с. 31-32: https://www.routledge.com/Impro-for-Storytellers/Johnstone/p/book/9780878301058
- Theresa Robbins Dudeck, «10 Tips from the Master of Impro!» (цитата Джонстона с номером страницы): https://actorsandperformers.com/10-tips-from-the-master-of-impro/
- Charna Halpern, Del Close, Kim Howard Johnson, «Truth in Comedy: The Manual of Improvisation» (1994), конспект первых глав: https://fluidself.org/books/art/truth-in-comedy
- Del Close, цитата из «Truth in Comedy» на Vintage Stand-up Comedy: http://www.vs-uc.com/2011/05/doh-del-close_9130.html
- Viola Spolin, «Improvisation for the Theater» (Northwestern University Press): https://nupress.northwestern.edu/9780810140080/improvisation-for-the-theater/
- Chicago Sun-Times, интервью с T. J. Jagodowski и David Pasquesi (06.02.2015): https://chicago.suntimes.com/2015/2/6/18482453/the-sitdown-improvisers-t-j-jagodowski-and-david-pasquesi
- Robert R. Provine, «The Science of Laughter», Psychology Today (2000): https://www.psychologytoday.com/us/articles/200011/the-science-of-laughter
- Thomas Gilovich, Victoria Husted Medvec, Kenneth Savitsky, «The Spotlight Effect in Social Judgment», Journal of Personality and Social Psychology (2000): https://doi.org/10.1037/0022-3514.78.2.211
- Kenneth Savitsky, Thomas Gilovich, «The illusion of transparency and the alleviation of speech anxiety», Journal of Experimental Social Psychology (2003): https://doi.org/10.1016/S0022-1031(03)00056-8
- Kevin Mullaney о книге «UCB Comedy Improvisation Manual» (2013): https://kevinmullaney.com/2013/08/13/get-the-book-ucb-comedy-improvisation-manual/
- Vossprov, «Game Revisited» (цитата UCB, с. 7): https://vossprov.tumblr.com/post/72950983870/game-revisited
- «АиФ Петербург», «Всегда говори «Да!». Как научиться театральной импровизации?» (31.10.2017): https://spb.aif.ru/culture/event/vsegda_govori_da_kak_nauchitsya_teatralnoy_improvizacii
- «Нож», гид по стендапу от Амбарцума Симонянца (2023): https://knife.media/stand-up-guide/
Дочитали? Потратьте 20 минут сегодня: вспомните свою последнюю сцену и выпишите на листе три момента, когда вы смотрели на партнёра, и три, когда слушали зал. Рядом с каждым моментом из второго списка допишите, что сказал бы ваш герой партнёру, если бы не ждал смеха.
Тихий зал - тоже момент истины: в нём остаётесь вы, партнёр и правда сцены. Если в вашем городе нет импров-студии, загляните на «Мир Импро»: там есть онлайн-школа с занятиями с тренером. Добро пожаловать домой.

