Чтобы не перегнуть с абсурдом в импровизации, начинайте сцену с обычного мира и добавляйте в него одну небольшую странность, а крупнее делайте её уже по ходу игры. Обычный мир сцены нужен затем, чтобы было видно, что в ней необычно.
Привет, это Любомир Даинов. Двадцать лет в ремесле - сначала Чикаго, Second City, потом дома, в России.
Представьте учебную сцену. Партнёр выходит и с порога объявляет: - Мама, дракон опять съел луну, а в ванной инопланетяне стирают мои носки! Зал смеётся.
Вы подхватываете и добавляете своё безумие, партнёр отвечает ещё одним. Через минуту на сцене дракон, инопланетяне, говорящая стиральная машина и путешествие во времени, а в зале тишина. Никто, включая вас двоих, уже не понимает, что здесь смешно.
Знакомая минута?
Теперь другая сцена. Двое собирают шкаф из коробки, спорят, где у него верх, ищут шуруп, который куда-то закатился. И один вдруг начинает вполголоса комментировать свои движения, как спортивный комментатор: и он берёт отвёртку, уверенный заход.
Зал хохочет, и с каждым шурупом всё громче. Странности здесь в разы меньше, чем в сцене с драконом, а смеха больше. Почему так и сколько странности брать на старт, разберу по шагам.
Разборы приёмов импровизации и разговоры о ремесле выходят в блоге «Мир Импро» почти каждый день.
Почему сцена, абсурдная с первой секунды, часто не смешит?
Базовая реальность (base reality, я перевожу как: обычный мир сцены, где всё как у людей) служит сцене фоном. Уилл Хайнс, педагог импровизации из Лос-Анджелеса, пишет об этом так: «The base reality is just so we know what counts as unusual». Перевод мой: базовая реальность нужна лишь для того, чтобы мы знали, что считать необычным.
Представьте холст. Первая странность - пятно на нём. Если холст с первой секунды залит краской, пятна не видно.
У американской школы Upright Citizens Brigade, которая учит играть гейм, для перебора есть точное имя:
In a Crazy Town scene, there are so many absurd elements in play that it becomes difficult to distinguish the unusual from the ordinary.
В Безумном городе столько абсурдных элементов, что необычное уже трудно отличить от обычного. Дальше авторы пишут: если не получается сосредоточиться на одном смешном паттерне, сцена может казаться рассыпанной и не приносить удовлетворения; гейм (по-английски game) на фоне безумного мира тогда не выделится.
Хайнс говорит то же про учебные группы: странного у новичков с избытком, всё настолько странно, что ничто не выделяется. Такие сцены он сравнивает с абстрактной картиной, где ничего не ясно.
Вот почему абсурд в импровизации гаснет в сцене с драконом. Первой реплике зал смеётся как неожиданности, а дальше ему не за что держаться: каждое новое безумие стирает предыдущее. По логике гейма смешное держится на узнаваемом повторе, а повторять тут нечего.
Сколько странности нужно в начале сцены?
Ответ короче, чем хочется новичку: меньше, чем кажется. Хайнс пишет об этом прямо:
A common problem is making your first unusual thing TOO unusual.
Частая проблема - первая необычная вещь оказывается слишком необычной. Лекарство у Хайнса простое, он даёт его как упражнение: договориться о реальности, прожить в ней 3-4 реплики и только потом ввести необычное. Подзаголовок той же заметки звучит как формула: сначала реальность, потом необычное.
В живой сцене разгон бывает короче: в заметке «Introducing The First Unusual Thing» (2025) сказано, что даже опытные игроки обычно называют в первой реплике, кто они, где и что делают, а странность вводят уже следующей своей репликой.
В заметке «The Smallest Possible Amount Of Weird» (2025) к этому добавлено, что странного нужно совсем немного: щепотка, ровно столько, чтобы заметили. А ещё там есть наблюдение про любое ремесло: кто учится новому, сначала перебарщивает. Ученик-гитарист бьёт по струнам слишком сильно, пока не поверит себе и не начнёт играть легче.
Кевин Маллани в своём блоге считает так же:
I've seen advanced players juggle several unusual things and it can be done especially in longer scenes, but in most situations, one unusual thing in a scene is plenty.
Опытные игроки удерживают и несколько странностей, особенно в длинных сценах, но в большинстве ситуаций одной необычной вещи в сцене достаточно. Маллани напоминает, что странность может быть тонкой деталью: как ведёт себя персонаж или как общаются двое.
Вспомните шкаф. Странность там одна: человек комментирует себя, как спортивный комментатор. Шкаф обычный, квартира обычная, партнёр обычный, поэтому комментарий видно с первой фразы.
Та же логика держит и скетч, придуманный заранее: в статье о том, как написать скетч из импровизации, игра записывается формулой «кто всерьёз делает что странное в какой обычной ситуации».
Зачем оставлять странности запас для роста?
Как раскручивать гейм по ступеням, я подробно разобрал в статье про гейм в импровизации. Повышение (по-английски heightening) и раскрутка - одно и то же: с каждым заходом та же странность становится крупнее. Здесь важно одно следствие: у каждой странности есть потолок, и там, где вы начинаете, решается, сколько ступеней у вас впереди.
Дрю Тарвин публикует у себя перепечатку «50 Improv Tips from Billy Merritt's Improv Party»: пятьдесят советов из цикла заметок, начатого в 2002 году на форуме Improv Resource Center. Среди них строчка: «There is no heightening from blue, just more blue». Из синего нет повышения, есть только ещё больше синего. Я читаю её так: если сцена уже залита краской до краёв, подниматься ей некуда, можно только налить рядом ещё.
Бен Боуман в блоге The Boiling Point сравнивает повышение с конкурсом бросков сверху в баскетболе: в первом раунде игроки делают надёжные броски, а к финалу прыгают через людей и бросают с завязанными глазами. Начинать конкурс с самого безумного трюка нельзя: дальше только вниз. Ключ к повышению в этой записи такой: начать с относительно малого и дать себе место для роста.
Другой автор, Мэтт Хейнс (Matt Haines), пишет в гостевой колонке для блога Уилла Хайнса о чувствах: если начать сцену с большой эмоции, в момент повышения можно оказаться без пространства для роста.
Сцена с драконом стартует с десятки, сцена со шкафом - с единицы, и впереди у неё целая лестница.
Если в вашем городе нет импров-студии, учиться можно и без переезда: занятия с тренером онлайн есть в школе «Мир Импро».
Как отмерить дозу странности на одной сцене?
Это моя рабочая линейка, правилом из учебника она не считается. Возьмём ту же сцену: двое собирают шкаф из коробки, и один комментирует происходящее, как спортивный комментатор.
| Доза | Что происходит на сцене | Сколько остаётся для роста |
|---|---|---|
| 0 | Двое собирают шкаф, спорят, где верх, ищут шуруп. Странности нет | Есть мир, но нет гейма. Тянуть так дольше нескольких реплик не стоит |
| 1-2 | Один вполголоса комментирует свои движения: и он берёт отвёртку, уверенный заход | Почти вся лестница: комментарий может перейти на партнёра, на повтор лучших моментов, на рекламную паузу |
| 3-4 | Комментирует уже партнёра, ставит оценки, разбирает ошибки, как студия после матча | Ещё две-три ступени |
| 5-6 | Звонит маме, чтобы она смотрела трансляцию, просит партнёра замереть на время рекламы | Одна-две ступени, дальше финал |
| 10 | В квартиру въезжает телебригада, шкаф оказывается финалом чемпионата мира, за который болеют инопланетяне | Ничего: обычного мира не осталось, это уже Безумный город |
Посмотрите на последнюю строку. Ею сцена может закончиться, если до неё дошли по ступеням: зал видел каждый шаг и поверил в каждый. Начинать с неё бесполезно, потому что норма, от которой всё отклоняется, исчезла раньше, чем зритель успел её увидеть.
Рабочее правило простое. Придумали странность для старта - прикиньте её дозу по линейке и уменьшите до единицы-двойки. Если её и после этого видно, берите её. Если пропала, поднимитесь на одну ступень.
Где поставить странность внутри реплики?
Доза - это сколько странного. Место - когда оно прозвучит. Даже маленькую странность можно потерять, если сказать её первой.
Джон Макиннес формулирует правило так:
The first 75% of every line of dialogue should be normal, the last 25% should be unusual (if an organic unusual thing is obvious to you)
Первые 75% каждой реплики должны быть нормальными, последние 25% - необычными (если органичная странность для вас очевидна). Макиннес показывает это на водителе Uber, который предлагает пассажиру оперу. Перенесу его пример в наше такси:
| Порядок | Реплика | Что услышит партнёр |
|---|---|---|
| Странность первой | Хотите, включу оперу? Такси до вокзала заказывали? | Может, опера - обычная услуга этого такси |
| Норма первой | Здравствуйте, такси до вокзала заказывали? Хотите, включу оперу? | Такси обычное, а водитель в нём необычный |
Макиннес объясняет, что зритель ничего не знает о сцене заранее и вполне может принять оперу за обычную часть мира. Нормальная часть реплики даёт контекст, на фоне которого странность читается.
По моему наблюдению, правило работает и как тормоз. Пока вы проговариваете обычную часть, есть секунда, чтобы прикинуть, не слишком ли велика странность, которую вы собираетесь добавить.
По моему прочтению, проценты здесь образные: в реплике из четырёх слов считать нечего, держите только порядок, сначала обычное, потом странное. А если органичная странность в голову не пришла, оставьте реплику обычной: эту оговорку Макиннес сам ставит в скобках.
Как начать сцену с маленькой странности?
Порядок я собрал из советов Хайнса, Маллани и Макиннеса. Мысль расти из того, что уже есть в сцене, взята из разбора повышения, который пишет Дэн Томас, а про малый старт и место для роста пишет Бен Боуман:
- Договоритесь о мире. Кто вы друг другу, где вы, чем заняты. Первые 3-4 реплики без смешного: собираете шкаф, ищете шуруп.
- Найдите желание героя. Спросите себя, чего необычного может хотеться этому человеку. Хайнс советует искать странность изнутри персонажа.
- Добавьте одну странность. Самую маленькую из тех, что пришли в голову. Скажите её в конце реплики, после обычной части.
- Играйте всерьёз. Ваш герой не считает себя смешным. Комментатор у шкафа уверен, что работает на важной трансляции.
- Растите из того, что уже есть. Следующий ход - та же странность покрупнее; новую сверху не добавляйте, пока не исчерпали первую.
Граница этого порядка: он про комедийную сцену, где смех держится на гейме. В драматическую сцену или в сцену на отношениях я бы его не переносил: там странность может оказаться вовсе не нужна.
Что делать, если сцена уже началась со слишком большого абсурда?
Бывает, что безумие принёс партнёр, а бывает, что вы сами не удержались. Сцену ещё можно спасти, если кто-то вернёт в неё землю. Способов четыре, и каждый возвращает в сцену живой мир, на фоне которого странность снова видна.
Обычный человек и реплика «Вы серьёзно»
Хайнс разбирает учебный случай: врач прописывает пациенту пойти и убить медведя. После сцены второй игрок признаётся: что на это ответить, было непонятно. Хайнс расшифровывает: безумие партнёра было очевидно, но отрицать его не хотелось.
Совет - сказать в роли то, что сказал бы живой человек: - Что? Вы серьёзно? Или: - Может, мне к другому врачу? Такой ответ Хайнс считает нормальным и, скорее всего, очень хорошим.
Иэн Робертс из числа основателей театра Upright Citizens Brigade объясняет в материале UConn Magazine, зачем рядом с безумием нужен такой человек: если рядом нет того, кто реагирует на ваши действия реалистично, это как бить мячом в стенку, когда стенки нет.
Почти убеждённый герой
В заметке о нормальном герое (straight man, тот, кто реагирует на странность как обычный человек) Хайнс называет самой смешной позу на грани согласия. Как бы безумна ни была идея, вы почти готовы попробовать. Осторожное «не думаю...» работает лучше жёсткого «нет».
Граница у этого приёма тоже есть. Если нормальный герой просто отмахивается от партнёра и пожимает плечами, Хайнс называет такой голос разума сыгранным плохо: человек не вовлечён в сцену и почти самодоволен.
Безумие как настоящее дело
Второй случай у Хайнса про другую крайность: пациент радостно соглашается идти на медведя. Врач видит медведя за окном, пациент стреляет, и больше им делать нечего. Диагноз: согласие есть, а мир недостаточно реален. Согласились на безумие - проживите его как настоящий человек: возьмите паузу, начните строить планы, спросите у врача совета.
Причина для странности, но не сразу
Оправдание (justification, причина, по которой странное для героя понятно) превращает случайный абсурд в черту характера. Подробно этот приём я разбирал в статье о том, что делать, если партнёр выдал непонятное. Только не объясняйте всё сразу: в разборе правил импровизации Майкл Делани замечает, что слишком ранние объяснения отнимают у странности часть магии.
Когда большой абсурд уместен?
У меры странности три исключения, когда большой абсурд уместен. Первое не про первую секунду: такой ход растёт из того, что в сцене уже есть.
Абсурд, выросший из сцены
Дэн Томас описывает проблему гранаты (Grenade Problem), я перевожу как: ход, который взрывает сцену, вместо того чтобы её растить. Официант посреди спокойной сцены объявляет, что если гость не доест суп за две минуты, все превратятся в гусей. После такого хода сцена начинается заново. Но дальше Томас оговаривается:
This isn't a rule against big, absurd moves. Those can absolutely work.
Перевод: это не правило против больших абсурдных ходов, такие ходы вполне могут работать. Разница, как пишет Дэн Томас, обычно в том, вырос ли ход из того, что уже было в сцене. Если бы официант всю сцену нервно поглядывал на часы, гуси выглядели бы заслуженными.
Странный мир, где все на борту
Хайнс ставит со студентами сцены без голоса разума, где все персонажи согласны со странной идеей. К его удивлению, такие сцены почти всегда получались лучше. Объяснение у Хайнса такое: у актёров было внутреннее понимание, почему их герои так себя ведут. Абсурдный мир держится, когда в нём есть своя логика и живые чувства.
Второй заход Гарольда
В Гарольде (длинной форме, где темы спектакля возвращаются по кругу) Хайнс предлагает вариант Гарольда без вступления (по-английски opening). В первом заходе сцены держат маленькими и ищут игру органично, а во втором заходе (second beat) начинают сцену с крупной заявки той игры, что нашли раньше. Хайнс исходит из того, что к этому моменту игра уже найдена; если нет, второй заход может стать переделкой (по-английски do over), где внимание сосредоточено на комедийной идее. Как устроен Гарольд, есть в отдельном разборе.
Кто прав: начинать тихо или с сильного выбора?
Честно, как всегда: у меры странности есть серьёзные оппоненты. Бен Боуман в блоге The Boiling Point описывает занятия у Мика Нейпира: тот хочет, чтобы ученик шёл в неизвестность решительно, и говорит, например, так: «Surprise comes from the unexpected. Get there by bringing in 'crazy.'» Перевод мой: удивление рождается из неожиданного, приходите к нему через безумие. И ещё: «Start with anything and let your brain catch up» - начните с чего угодно, мозг догонит.
Но в интервью сайту People and Chairs (2013) тот же Нейпир, отвечая на вопрос о согласии в импровизации, говорит о согласии с обстоятельствами сцены: «Если вы просите молоток, я могу оказаться в хозяйственном магазине, и это нормально» (перевод мой). А если на просьбу о молотке ответить «я сейчас на Венере», это, по словам Нейпира, много багажа, чтобы свести два мира вместе. Он говорит это о согласии с обстоятельствами сцены, и всё же я слышу здесь предел, который видит и сторонник смелого старта.
| Тихий старт | Сильный выбор | |
|---|---|---|
| Кто учит | школа Upright Citizens Brigade, Хайнс; Маллани - про одну странность | Нейпир, театр Annoyance |
| Что предлагает | сначала обычный мир, потом одна странность | начинать с чего угодно и удивлять |
| Чем помогает | странность видно, есть куда расти | неожиданность, на которой смеётся зал; по-моему, первая реплика не пугает |
| Где ломается | норма затягивается, сцена идёт ни о чём | по-моему, сильный выбор легко спутать с другой планетой |
Тихий старт берите, когда ваши сцены взлетают на первой реплике и гаснут к третьей. Сильный выбор берите, когда вы застреваете в норме и боитесь первой реплики.
Я читаю этот спор так: смелость измеряется решимостью играть выбранное. Можно смело выбрать маленькую странность и сыграть её на полную.
Что делать, если мера странности не получается?
Сверьте свою последнюю сцену построчно. Таблица моя: я свёл в неё симптомы и лекарства из разобранных приёмов.
| Симптом | Причина | Что делать |
|---|---|---|
| Зал засмеялся на первой реплике и затих | старт с потолка, расти некуда | следующую сцену начните с нормы, странность уменьшите до единицы-двойки |
| На сцене странные все, глазу не за что зацепиться | Безумный город, нормы нет | один игрок становится обычным человеком и реагирует всерьёз |
| Зритель не понял, что здесь необычное | странность прозвучала в начале реплики, её приняли за норму мира | сначала обычная часть, странность в конце реплики |
| Партнёр выдал огромный ход, вы растерялись | не хочется отрицать партнёра | ответьте в роли как живой человек: что? вы серьёзно? |
| Оба согласились на безумие, а через минуту делать нечего | мир мягкий, настоящих реакций нет | проживите безумие как реальное дело: пауза, планы, вопросы |
| Ждёте странность, а сцена так и идёт ни о чём | обратный перекос, норма затянулась | после 3-4 реплик нормы сами выберите маленькое желание героя |
| Абсурдный поворот посреди сцены всё обнулил | граната: ход не вырос из сцены | вернитесь к тому, что уже было, и сделайте это крупнее |
Как натренировать меру странности на занятии?
Упражнение «Знаешь, чего мне хочется»
Это упражнение Хайнса. Пара договаривается о простой обычной ситуации и живёт в ней 3-4 реплики. Потом один говорит: - Знаешь, чего мне хочется? - и предлагает что-то необычное.
В примере Хайнса клиент приносит оценщику бабушкино кольцо, которое, может быть, средневековое, а потом предлагает: давай вести себя по-средневековому. Странность выросла из самой сцены, и оба игрока в неё верят.
Одна странность на сцену
Ведущий разрешает паре ровно одну странность. Появилась вторая - ведущий хлопает в ладоши, и сцену начинают заново. Так игроки учатся слышать собственный перебор в момент, когда рука уже тянется к дракону.
Две дозы одной сцены
Пара играет одну и ту же сцену дважды: сначала со странностью на единицу, потом на шестёрку. После обсуждают, в какой версии было куда расти. Запишите обе версии на телефон: на записи доза видна лучше, чем изнутри. Как смотреть такую запись, я рассказывал в статье о том, как разобрать запись своего выступления.
Эти упражнения учат слышать перебор. Если после «Одной странности на сцену» сцены стали осторожными и вялыми, разрешите вторую странность, но только выросшую из первой.
Частые вопросы
Частые вопросы
Что сделать в первую очередь?
- На ближайшем занятии играйте первые 3-4 реплики обычный мир, потом добавьте одну маленькую странность в конце реплики и делайте крупнее только её.
- После занятия поставьте каждой своей сцене дозу по линейке от 0 до 10.
Когда старт с единицы станет привычкой, попробуйте упражнение «Две дозы одной сцены» и посмотрите, сколько ступеней даёт маленький старт.
Источники
- Matt Besser, Ian Roberts, Matt Walsh. The Upright Citizens Brigade Comedy Improvisation Manual, 2013. Цитата с. 89 приведена по блогу Vossprov: Game Revisited, 11.01.2014.
- Will Hines. Unusual Things That Are Hard to Miss. Improv Nonsense, 2025: https://willhines.substack.com/p/unusual-things-that-are-hard-to-miss
- Will Hines. You Know What I Feel Like Doing? Improv Nonsense, 2024: https://willhines.substack.com/p/you-know-what-i-feel-like-doing
- Will Hines. The Smallest Possible Amount Of Weird. Improv Nonsense, 25.12.2025.
- Will Hines. Introducing The First Unusual Thing. Improv Nonsense, 2025: https://willhines.substack.com/p/introducing-the-first-unusual-thing
- Will Hines. Teaching "Game of the Scene". Improv Nonsense, 2025: https://willhines.substack.com/p/teaching-game-of-the-scene
- Will Hines. Let's Ban The "Voice of Reason". Improv Nonsense, 2025: https://willhines.substack.com/p/lets-ban-the-voice-of-reason
- Will Hines. Fix The Harold: Skip the Opening. Improv Nonsense, 29.09.2023.
- Will Hines. Be A Great Straight Man. Improv Nonsense, 2016: https://improvnonsense.tumblr.com/post/136900718516/be-a-great-straight-man
- John McInnes. The 75-25% Rule. Гостевая колонка в Improv Nonsense, 2024: https://willhines.substack.com/p/the-75-25-rule
- Matt Haines. Five Tools For Fools. Гостевая колонка в Improv Nonsense, 15.05.2026.
- Kevin Mullaney. What is first unusual thing? kevinmullaney.com, 2010: https://kevinmullaney.com/2010/01/06/the-first-unusual-thing/
- Dan Thomas. Heightening Without Breaking Reality. danthomas.co, 2026: https://www.danthomas.co/articles/heightening-without-breaking-reality
- Drew Tarvin. 50 Improv Tips from Billy Merritt's Improv Party. drewtarvin.com, 29.02.2012.
- Ben Bowman. What is Heightening? The Boiling Point, 06.02.2018.
- Ben Bowman. Lessons from the Masters, Volume 3: Mick Napier. The Boiling Point, 03.06.2012.
- Interview: Mick Napier (Part One). People and Chairs, 23.04.2013.
- Yes, And... UConn Magazine, 10.02.2026 (цитата: Иэн Робертс).
Дочитали - в ближайшие пятнадцать минут возьмите сцену «двое собирают шкаф» и придумайте для неё пять странностей разной дозы, от едва заметной до инопланетян. Вычеркните три самые крупные, а самую маленькую сыграйте с партнёром на ближайшем занятии.
«Мир Импро» - блог и онлайн-школа импровизации. Добро пожаловать домой.