Импров Мир

Как шутить на острые темы: почему одна шутка смешит, а другая ранит

Опубликовано 16.10.202620 мин чтенияСредний
Как шутить на острые темы: почему одна шутка смешит, а другая ранит

Шутить на острые темы получается, когда шутка одновременно задевает больное и оставляет зал в безопасности: до беды есть дистанция, мишенью служит поступок или абсурд ситуации, история ваша, а смешное взято из правды.

Привет. Я Любомир Даинов, двадцать лет в импровизации: сначала учился в Чикаго, потом вернулся домой, в Россию, и учу здесь.

Представьте два вечера. В первый вы играете сцену на поминках: ваш герой, вдовец, в третий раз пересчитывает котлеты на столе и сбивается, потому что считала всегда жена. Зал смеётся, а потом затихает - тепло, по-доброму.

Через месяц вы играете её в другом зале: тишина, и женщина во втором ряду смотрит в пол. Шутка та же. Что изменилось?

На занятиях меня часто спрашивают, как шутить на острые темы и можно ли шутить про такое. Я отвечаю: шутить можно про всё, когда выполнены условия. Исход решают пять вещей: дистанция до беды, мишень шутки, право на историю, зал и то, откуда в сцене берётся смешное.

Я собрал, что об этом знают психологи в лабораториях, пожарные после тяжёлых выездов и комики, которые шутили о собственном горе. От себя добавляю взгляд педагога: на занятиях я раз за разом вижу, как одна и та же тема то смешит, то ранит.

Другие разборы сцены и импровизации - в блоге «Мир Импро».

Почему одна шутка про смерть смешит, а другая ранит?

Безобидное нарушение (по-английски benign violation) я перевожу проще: неправильно, но не страшно. Один из авторов теории формулирует мысль так.

Юмор возникает из того, что неправильно, но нормально. Из того, что угрожает, но безопасно. Из того, что бессмысленно, но имеет смысл. Это мы и называем теорией безобидного нарушения.

- Питер Макгроу, подкаст Brainwaves, CU Boulder Today (2019), перевод мой

Авторы любят пример со щекоткой. Себя самого не пощекотать: нарушения нет. Незнакомец, который тянет к вам руки в тёмном переулке, тоже не рассмешит: нет безопасности. Смешно, когда щекочет близкий человек, - тут есть и то и другое сразу.

Шутка задевает норму?Зал чувствует себя в безопасности?Что слышит зал
нетданичего особенного: смеяться не над чем
данетнападение: больно, противно или страшно
дадасмешно: неправильно, но нормально

Острая тема даёт нарушение даром: смерть, болезнь, тело и деньги задевают и без вас. В сцене на поминках с вдовцом и котлетами нарушение было на месте в обоих залах, а безопасность - только в первом. Вся ваша работа лежит во втором столбце таблицы. Теория объясняет шутку задним числом; реакцию вашего зала вы увидите на сцене или на пробном показе для своих.

Что делает острую шутку безопасной для зала?

Три пути работают и на сцене, и за столом. Разберу их по очереди: сначала путь, который виден в любом зале, затем два, которые проверяли в лаборатории.

Про цифры опытов
Опыты Макгроу и Уоррена ставили на студентах и участниках онлайн-панелей. Повторений на российском зале мне найти не удалось, поэтому цифры показывают направление, а ваш зал проверяет его каждый вечер заново.

Другая норма в зале

В комедийном клубе зрители заранее согласились, что сегодня их будут задевать. У медиков и спасателей своя норма: мрачная шутка внутри смены - способ держаться. Перенесите ту же шутку к людям без этой нормы, и она прозвучит грубостью.

Слабая привязанность к норме

В опыте Макгроу и Уоррена 2010 года участникам давали сценарий о церкви, которая разыгрывает внедорожник «Хаммер», чтобы привлечь новых прихожан. Сценарий развеселил 92% тех, кто в церковь не ходит, и 62% тех, кто ходит. Отвращение при этом обе группы испытывали почти поровну. Кому норма дорога, тому шутка о ней обходится дороже.

Психологическая дистанция

В последнем опыте Макгроу и Уоррена (2010) участников перед чтением просили отметить на листе две точки: одних - далеко друг от друга, других - рядом. После далёких точек сценарий развеселил 73% участников, после близких - 39%. Дистанция бывает разной: во времени, в километрах, в том, насколько беда про нас.

Какой путь брать? Первый - когда зал собрался именно на острое, как в клубе или на закрытом вечере. Второй - когда вы знаете, что зрителям эта норма не дорога. Третий - когда нет ни того ни другого: тогда берите беду подальше от этого зала во времени или в расстоянии.

Когда уже можно шутить о беде?

В одном из опытов 2012 года 99% студентов сочли, что вспоминать, как вас сбила машина, смешнее через пять лет, чем на следующий день. Про ушибленный палец ноги так думали только 18%: мелочь смешна сразу и выдыхается со временем. Авторы подводят итог одной фразой.

Поскольку дистанция снижает угрозу, трагедии не смешны, когда они слишком близко, а мелкие неприятности - когда они слишком далеко, чтобы нам было до них дело.

- Питер Макгроу, Калеб Уоррен и соавторы, Psychological Science (2012), перевод мой

Наглядней всего это видно на урагане «Сэнди», который в конце октября 2012 года обрушился на восточное побережье США. В работе Макгроу, Уильямса и Уоррена (2014) 1 064 участникам онлайн-опроса показывали три шутливых твита пародийного аккаунта урагана, каждой группе в свой день: от дня накануне удара до февраля 2013 года. После выхода урагана на берег твиты до 15-го дня смешили всё меньше, к 36-му дню, примерно через пять недель, снова стали смешными, а к 99-му потеряли остроту. Лучший срок для шутки авторы назвали комическим окном (по-английски comedic sweet spot): беда уже не угрожает, но ещё задевает.

Прежде чем шутить, прикиньте две вещи: насколько велика беда и сколько прошло времени. Большой беде нужен срок, мелкая смешна сразу.

Иногда окно открывается очень быстро. Комик Тиг Нотаро в августе 2012 года вышла на сцену лос-анджелесского клуба Largo через несколько дней после того, как узнала о своём раке.

С юмором есть уравнение: трагедия плюс время равно комедия. Я пока на трагедии. Вот где я сейчас в этом уравнении.

- Тиг Нотаро, со сцены клуба Largo, август 2012; фрагмент в эфире NPR Fresh Air, перевод мой

Нотаро боялась задеть зрителей, у которых рак или у кого раком болеет близкий человек. В том же интервью NPR она вспоминает, как поняла: рак у неё, значит, это её история. Мне видится так: право на свою историю работает как дистанция. Своя история открывает окно вам самим: если горе у соседа по столу, срок для шуток о нём решает сосед.

Дистанцию и мишень трудно почувствовать по статье: их находят на живых сценах, когда партнёры и зрители показывают, где стало неловко. Если в вашем городе нет импров-студии, занятия с тренером онлайн есть в школе «Мир Импро».

Кто имеет право шутить о боли?

Голландские исследователи провели 72 интервью с пожарными из 37 частей и 20 раз наблюдали за их работой изнутри. Чёрный юмор помогает пожарным начать разговор о тяжёлом выезде и сплачивает смену. Один из них говорит прямо: юмора у них много, но посторонним он кажется не таким смешным, как им самим. Посторонними бывают и пожарные из чужого караула: подменный из другой смены признаётся, что язвительно там не шутит.

О том, как юмор помогает тому, кто внутри беды, пишет Виктор Франкл, психиатр, прошедший нацистские концлагеря.

Пусть на какие-то минуты, пусть в каких-то особых ситуациях, но юмор - тоже оружие души в борьбе за самосохранение. Ведь известно, что юмор, как ничто другое, способен создать для человека некую дистанцию между ним самим и его ситуацией, поставить его над ситуацией, пусть, как уже говорилось, и ненадолго.

- Виктор Франкл, Сказать жизни «Да!»: психолог в концлагере. М.: Альпина нон-фикшн, 2016, с. 89-90

Франкл вспоминает, как тренировал на юмор друга и коллегу, с которым они неделями работали рядом. Однажды он предложил другу каждый день по очереди придумывать забавную историю о том, что может случиться с ними после освобождения. Друг был хирургом, ассистентом хирургического отделения большой клиники. Шутили двое изнутри беды, для себя.

Про то, как рассказать со сцены свою историю, чтобы зал узнал в ней себя, есть отдельная статья: рассказ о себе со сцены.

Перед каким залом шутить на острую тему?

Деспрож сказал это 28 сентября 1982 года в передаче Le Tribunal des flagrants délires, где он играл прокурора, а гостем в студии был политик Жан-Мари Ле Пен. Позже мысль Деспрожа разошлась формулой «смеяться можно над всем, но не с кем попало».

Канадский комик Шон Катханд пишет для CBC (2021) о двух своих выступлениях после смерти близких. На похоронах тёти, куда из-за ковидных ограничений пускали только родных и друзей, надгробное слово стало семиминутным номером, и смеялись все. Через несколько месяцев на вечере сбора денег в память о подруге, где посреди номера поправляли свет и кричали из зала, шутки провалились.

Любая тема может оказаться для кого-то в зале личной миной, говорит в интервью Dallas Observer (2014) стендап-комик Лори Килмартин, которая шутит со сцены о смерти отца. Вы не знаете, кто сидит во втором ряду. Узнать можно только одно: настроен ли зал смеяться вместе с вами.

Перед острой темой проверьте зал на лёгкой шутке. Смеются над вашим героем и его странностями - зал с вами. Смеются настороженно и переглядываются - острую шутку отложите до другого вечера.

Над кем смеётся шутка, если тема острая?

Джервейс говорил о шутках над звёздами Голливуда: по его словам, перед ним сидели одни из самых привилегированных и богатых людей мира. Его правило годится и для импровизации: цельтесь в выбор человека, а беду, которая свалилась на него без его воли, оставьте в покое.

ТемаМишень, которая ранитМишень, которая смешит
смертьпокойный и горе близкихсуета ритуала, советы родни, то, как люди держатся
болезньтело больногоочереди, справки, советчики с народными рецептами
увольнениесам уволенный как неудачникканцелярский язык, которым его увольняли

Уилл Хайнс, американский преподаватель импровизации, называет самым распространённым правилом здесь не бить вниз (по-английски don't punch down; я перевожу: не выбирать мишенью того, кто слабее). И сразу добавляет: это лишь начало (Improv Nonsense, 2024, перевод мой). Правило показывает, кого беречь; смешное приходится искать самим.

Возьмём сцену на поминках: вдовец в третий раз пересчитывает котлеты на столе, потому что считала всегда жена. Мишень этой шутки - упрямство вдовца, который держится за порядок жены. Зал смеётся над человеком, который пытается удержать мир, и узнаёт в нём себя. Сделайте смешным то, что он остался один, и тот же зал замолчит.

Сочувствовать и смеяться одновременно зрителям проще над героем, у которого есть своя логика. Строить такую логику помогает статья про объёмного персонажа.

Как играть тяжёлую тему в импровизации?

В театральной импровизации сценарий не написан заранее, поэтому тяжёлая тема может прийти в сцену в любую секунду. На занятиях я допускаю в сцене тяжёлые темы - такова моя позиция преподавателя - и останавливаю сцену, когда вижу подмигивание залу: актёр произносит страшное слово и ждёт реакции, будто сам в сцене не участвует.

Главное - оставаться правдивым и не шутить.

- Уилл Хайнс, Should We Let Students Edit Uncomfortable Scenes?, Improv Nonsense (2024), перевод мой

Представьте: партнёр в сцене говорит вашему герою - Звонили из больницы. Мама умерла сегодня утром. Вот как я прошу это играть.

  1. Примите беду всерьёз. Это ваше «Да, и» на тяжёлой теме: партнёр дал предложение, вы его принимаете. Отреагируйте так, как отреагировал бы живой человек: замрите, переспросите, сядьте.
  2. Найдите, за что держится герой. Люди в горе цепляются за мелочь: доделать отчёт, полить её фикус, ответить на её сообщения в рабочем чате. Эта мелочь станет игрой сцены (по-английски game; я перевожу: ход, который сцена повторяет и усиливает).
  3. Держитесь за мелочь всё упорнее. Смешное приходит, когда герой повторяет своё всё старательнее, а беда стоит рядом и никуда не девается.
  4. Не подмигивайте залу. Как только вы показываете, что играете смелую тему, зрители перестают верить, и правда из сцены уходит.

Стендаперу здесь проще: тему он выбрал заранее и отвечает за неё сам. В импровизации тяжёлая тема становится задачей всей сцены: вытащив её, вы, по словам того же Хайнса, просите всю группу с ней разбираться. Чем импровизация отличается от стендапа в подготовке, я разбирал в статье про КВН и стендап.

Этот приём не спасает сцену перед залом, который пришёл на лёгкий вечер: сыграйте горе правдиво, и кто-то в зале заплачет. Сцена имеет право закончиться тишиной.

Помогает ли чёрный юмор пережить беду?

Пожарным из голландского исследования трудно объяснить, почему после таких выездов шуток нет. Один называет это неписаным правилом, другой объясняет тяжестью удара: он приходится и на детей, и на их родителей. Для командира тишина - сигнал: если человек перестал смеяться вместе со всеми, к нему стоит присмотреться.

Самое сильное возражение приходит от Ханны Гэдсби. В спектакле «Нанетт» (Netflix, 2018) Гэдсби объясняет, почему больше не шутит про себя, и говорит о собственном раннем номере: шутки заморозили важнейший опыт в точке травмы. У истории три части - начало, середина и конец, а шутке хватает двух. Мне кажется, это касается любой шутки про свою беду, рассказанной слишком рано: она останавливается на самом больном месте.

Шохана Шармин, комик из Торонто, рассказывает CBC (2019), что из чистой боли на бумагу выходит несмешное. Смешное из смерти матери у неё получилось только через два года: так родилось скетч-шоу Dead Parents Society.

Я бы сказал так: шутка удаётся тому, кто уже стоит чуть-чуть над бедой. Если вы ещё внутри, сначала расскажите историю целиком, хотя бы другу. Если горе или болезнь у вас прямо сейчас, шутка подождёт: разговор с близким человеком или специалистом важнее номера.

Как проверить острую шутку до выхода на сцену?

ВопросМожно шутитьСтоит подождать
Есть ли у беды дистанция для этого зала?давно прошла или случилась далеко и не с нимисвежая, близкая, у кого-то в зале своя
Кто мишень?поступок, абсурд, то, как герой справляетсячеловек в беде и то, с чем он ничего не может поделать
Чья это история?ваша или доверена вам с разрешениемчужая, услышанная со стороны
Знаете ли вы этот зал?свои, проверено на лёгкой шуткечужой, шумный, пришёл за другим
Что движет шуткой (пятый вопрос, от Уилла Хайнса)?любопытство: хочется понятьжестокость: хочется задеть

Обкатка занимает один вечер:

  1. Расскажите шутку двум-трём своим, лучше тем, кто знает эту беду изнутри.
  2. Смотрите на лица сразу после смеха: тепло там или неловкость.
  3. Если неловко, смените мишень по таблице и проверьте снова.

Таблица не страхует от личной мины: человека, у которого беда случилась вчера, вы в зале не увидите. Она снижает риск задеть того, кого задевать незачем.

Что делать, если острая шутка не сработала?

СимптомПричинаЧто делать
Зал замолчал сразу после шуткидля кого-то в зале беда близкая или свежаяне добивайте второй шуткой, верните сцену к чувствам героев; о тишине - в статье если зал не смеётся
Смеются, но вам неловко от этого смехамишенью стал человек в бедесмените мишень: смешным пусть будет то, как герой справляется
Вчера смеялись, сегодня тишинадругой зал, своей нормы у него нетпроверяйте новый зал на лёгкой шутке, острую несите своим
После шоу подходит зритель, ему больновы наступили на личную минувыслушайте до конца, не спорьте, поблагодарите, что сказал
Шутка о своей беде вызывает жалостьвы ещё внутри беды, дистанции нетотложите номер, расскажите историю друзьям, к номеру вернитесь, когда сможете рассказывать её спокойно
Партнёр не подхватил тяжёлую темутема свалилась на сцену без опорыиграйте её всерьёз вдвоём, а в разборе после сцены спросите, что партнёр почувствовал

Таблица подскажет причину и следующий ход. Зрителю, которому стало больно, поможет только разговор после шоу.

Частые вопросы

Вопросы о шутках на острые темы

Что сделать в первую очередь?

  1. Выпишите на листок одну острую шутку из своего материала или сцену, которая однажды не сработала.
  2. Ответьте на пять вопросов: есть ли у беды дистанция для вашего зала, кто мишень, чья это история, знаете ли вы зал и что движет шуткой. Отметьте, где споткнулись: там и правка.

Одна и та же шутка о вдовце на поминках звучит в двух залах по-разному. В первом беда была далеко от зрителей, и шутка смешила. Во втором у кого-то в зале эта беда оказалась своей и свежей, и шутка ранила. Где проходит эта граница, вы почувствуете на сцене и на обкатках, от вечера к вечеру.

Источники

Выделите сегодня двадцать минут на одну острую шутку и пять вопросов проверки. Занятия с тренером онлайн есть в школе «Мир Импро».

Этот гайд был полезен?
Любомир Даинов
Автор
Любомир Даинов
Амбассадор «Мир Импро»

Педагог импровизации. В конце 1990-х уехал в Чикаго, учился в театре Second City, где открыл для себя философию «Да-и». В начале 2010-х вернулся в Россию и больше двадцати лет преподаёт импровизацию и работает с командами. Амбассадор платформы «Мир Импро».

Похожие гайды

Как составить свою программу по импровизации, если учите по чужой

Любомир Даинов разбирает, как тренеру импровизации вырасти из чужой программы: почему первая чаще всего чужая, как понять, что она перестала работать, что в ней менять и как собрать свой интенсив от результата.

20 мин

Как вести историю в импровизации всей командой: что делать в середине

Любомир Даинов разбирает, как вести историю в импровизации всей командой: почему сюжет расползается в середине, как понять, чья это история, что делать тем, кто в ней не главный, и как договориться о направлении, не останавливая спектакль.

21 мин

Как быть собой на сцене: почему играть себя страшнее любой роли

Любомир Даинов разбирает, как быть собой на сцене импровизации: почему без маски страшно, что об этом говорили Станиславский и чикагская школа, что нести на сцену из своей жизни и как тренировать игру собой.

21 мин

Импровизация как инструмент актёра: как играть без скидки на экспромт

Любомир Даинов разбирает импровизацию как инструмент актёра: как этюды Станиславского и Кнебель ведут к роли, почему импров-шоу судят как спектакль и по каким признакам сцена прячется за скидку на экспромт.

20 мин